∞ (o_huallachain) wrote,

o_huallachain

Я выучил б только за то...

У меня в дипломе написано: филолог, преподаватель со знанием иностранного языка. Какого языка – уточняется во вкладыше.

Французского.

Я училась во французской школе. Английский не учила – тогда вторые языки в школах были совсем не в ходу, а репетиторов как-то мне не нанимали, да я и сама не рвалась учить ещё один язык. На филфаке тоже учила французский. Не только его, но английский – не учила, хотя вялая мысль, что это распространённый язык и без него никак, где-то в голове бродила. Но бродить-то она бродила, а в конкретные действия не воплощалась. Может быть, и не воплотилась бы. Если бы не случай. Который иначе, как «ухмылка судьбы», и не назовёшь.

Дело было на третьем курсе. Однокурсница дала мне почитать первый том «Властелина Колец» Дж. Р. Р. Толкиена, его тогда только-только перевели. Издательства «Радуга», в переводе В. Муравьёва и А. Кистяковского. Со словами, что это очень хорошая книга и её стоит прочитать.

Откровенно говоря, поначалу мне вовсе не понравилось. Так, сказочка какая-то. Пока я вдруг не осознала, что «сказочка» взяла меня за живое так, как мало какой книге это удавалось. Что всё, что там написано, я вижу, чувствую, понимаю, как будто бы это происходило со мной. Что я то и дело проверяю на ощупь, сколько еще осталось прочитать, и радуюсь, что ещё много, и печалюсь, что всё-таки мало. Я не знала, что это только первая книга из трилогии.

Однако это была только первая книга. Когда я дочитала до её конца, то поняла, что, выражаясь более современными словами, меня торкнуло. С неделю ходила и думала над превратностями жизни, потому что было ясно, что даже если её переводят дальше, то когда напечатают – чёрт его знает, один полиграфический процесс тогда занимал немало. А хотелось сразу и немедленно.

И я решила выучить английский и дочитать. Сначала спросила маму, не наймёт ли она мне репетитора, наплела что-то про необходимость английского для чтения статей для научной работы. Настоящую причину излагать не стала - уж слишком безумно она звучала. Мать нашла преподавательницу, а та сказала - "Ну, через год-полтора интенсивных занятий вы, возможно, и сможете читать в оригинале..."

Я обозлилась и подумала: год-полтора ждать? Ещё чего! Сама разберусь.

И разобралась. Сложным, но очень эффективным в смысле конечного результата способом. Сразу стала читать и разбирать текст. Опираясь на знания других языков, на общую языковую эрудицию и параллельно читая грамматики. Ни одной книги на английском у нас в доме не было – в семье этот язык не знал никто. Поэтому в книжном ларьке в МГУ была куплена первая попавшаяся книга – сборник рассказов Бредбери. И я стала её читать. Каждый день, хоть по странице.

На страницу уходило часа полтора. Количество незнакомых слов - от 80 до 120. То есть – минимум восемьдесят раз надо перелистать словарь, пробежать глазами по странице, найти необходимое слово, просмотреть словарную статью и найти нужное значение слова. Я безнадёжно мечтала о чём-нить типа современных автоматических переводчиков или LINGVO – естественно, в те времена ничего подобного не существовало. Русским переводом не пользовалась, переводила каждое слово при помощи словаря и выписывала все незнакомые слова в тетрадь. Как учили в школе. Потом прочитывала страницу текста ещё раз, сверяясь с переводами: по первому разу было совсем непонятно, о чём идёт речь – разве что в самых общих чертах. Потом я вооружалась двумя маркерами, прикупленными в сопредельном с МГУ венгерском магазине «Балатон». Ярко-розовым выделяла слова, о значении которых могла догадаться. Не из контекста – тогда ещё для меня не существовало никакого контекста. А из, например, сравнения с французским. Или с латынью. Или с русским, наконец. А также те слова, которые, как я помнила, уже попадались, но их значение я не смогла запомнить с первого раза. И считала, что розовые слова – это мой лингвистический позор. А ядрёно-зелёным выделяла слова из категории «нужное». Предлоги, союзы, наречия, наиболее частотные слова. Потом составляла график. На листе миллиметровой бумаги. Одна кривая – общее количество слов на страницу текста. Вторая – количество розовых слов. Постепенно розовых слов становилось всё меньше…

Это было трудоёмко. Заниматься получалось только ночью, когда остальная семья угомонится – меня отвлекали разговоры и звук телевизора в соседней комнате. Но я продолжала, читала каждый день, хотя бы понемногу, и когда подруга принесла мне сборник сказок, адаптированный для старших классов, он показался мне - не простым, конечно, но куда легче неадаптированного Бредбери.

И я выплыла. Благодаря упрямству. Особых способностей к языкам у себя не отмечала, а вот упрямства – сколько угодно. Через две недели уже продиралась через "Хоббита" для третьего курса пединститута – с комментариями, сокращённого, но неадаптированного. Прочитала, попыталась найти вторую и третью книгу «Властелина Колец» - однако в ВГБИЛ за ними стояла несусветная очередь, а в немногочисленных магазинах, торговавших книгами иностранных издательств, этих книг было не найти. Перевод не издавали тоже. Тогда наши силы ПВО сбили южнокорейский «Боинг» на Дальнем Востоке, на что тогдашний президент США, Рональд Рейган, отозвался речью, осуждающей «империю зла». В речи он вроде бы использовал и другие сравнения из Толкиена. Сейчас это, может быть, выглядит надуманным, но при тогдашнем строе такого было достаточно, чтобы книгу исключили из плана издательства: внесли же группу «Пинк Флойд» в списки «нежелательных к исполнению на дискотеках» за «извращение советской миролюбивой политики», выразившееся в строчке “Brezhnev took Afghanistan”. Да и история с оказавшимся «неблагонадёжным» А. Кистяковским способствовала тому, что перевод «Властелина Колец» был издан гораздо, гораздо позднее. Когда политика хотя и вмешивалась в жизнь людей, но делала это совсем по-другому…

Итак, «Властелина Колец» у меня не было. Но существовали и другие книги, и я стала читать их. Сначала – с утилитарной целью: не растерять добытые знания. Потом – как-то разом – я вдруг поняла, что знание этого языка даёт доступ не только к литературе. На этом языке говорит полмира, а то и больше, чем полмира. И ещё – мне очень понравился этот язык. Кристальной логикой в грамматике. Ясностью и многообразием значений слов. Изящным синтаксисом. Всем он мне понравился.

Но мои знания были ущербны и отдавали лёгкой шизофренией. Я умела читать. Про себя. И понимать. Могла перевести на русский. Но не могла ни прочитать вслух, ни произнести ни слова, ни понять того, что мне говорят. Когда летом я оказалась в языковой школе в Венгрии, это немало забавляло других иностранцев: если мне написать на бумажке, понимала всё, а сказать могла разве что “Hi!” и “See you!”

Потом было многое. Ходила на курсы, чтобы научиться говорить. Научилась. Дочитала трилогию Толкиена. Сразу скажу: 2 и 3 книга меня скорее разочаровали. Прочитала множество других книг. Переводила устно. Переводила письменно. Преподаю. Сейчас мне почти всё равно, на каком языке читать, на русском или на английском. Конечно, по-русски я знаю все слова на странице, если это не какие-нибудь мудрёные термины, а по-английски порой попадаются незнакомые. Иногда я их перевожу. Иногда – догадываюсь из контекста. Уже можно…

Язык кормит меня исправно, и мне интересно. Интересно знать его и им пользоваться.

Вот такая, непедагогическая, рассказка. На самом деле, безусловно, учить надо не так. А всё сразу: и произношение, и грамматику, и лексику. Тот метод, которым я изучала английский, трудоёмок и долог – при нормальных систематических занятиях, пожалуй, и сил ушло бы меньше, и времени. Но как выучилось, так и выучилось – любопытство всегда было одной из основных моих движущих сил, тем более любопытство знать, чем же закончилась история…

Всем ученикам 9 и 11 класса Лицея на Донской, сдающим завтра экзамен по английскому языку – ни пуха ни пера!
Tags: в нашем хронотопе
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 59 comments