∞ (o_huallachain) wrote,

o_huallachain

Как я была олигофреном

Когда-то я была маленькой. Росла, росла, а когда подросла, меня отдали в школу.

Во французскую. Точнее, устроили, а не отдали. В те времена школы были закреплены за микрорайонами, а микрорайоны за школами, и устроить ребёнка в школу «не своего микрорайона» было непросто. Школа была далеко от дома, приходилось с полчаса ехать на автобусе, но зато она была спецшколой, и со второго класса был французский язык. Забегая вперёд, скажу, что из десяти лет, что я там проучилась, лет семь-восемь я эту школу ненавидела, и не в последнюю очередь за то, что приходилось вставать чёрт знает когда и тащиться на автобус, потом на автобусе, а потом от автобуса. А остальные годы просто не любила. Забегая вперёд подальше, добавлю, что в университете я наконец оценила, как же хорошо нас учили в школе - и не только французскому - а когда Чадо вошло в школьный возраст, я, походив по другим школам, отдала её в эту же самую школу – потому что школа по-прежнему учила качественно.

Отдали, значит, меня в школу, в первый класс. Всё как положено: школьная форма - коричневое платьице с чёрным фартуком и белыми манжетами, ранец за плечами, крючочки-палочки в прописях, рисование, труд, а также предмет, пышно именовавшийся «математика» - если сложить два яблока и три яблока, то будет пять, и чтение по букварю. Крючочки полагалось писать исключительно чернильной ручкой (шариковая портит почерк! – вещала директриса), и в тетрадках у меня царил первозданный хаос, а многострадальные белые манжеты и руки вечно были в чёрных пятнах. А иногда и не только руки, а и нос, например. Или шея.

А в букваре начинали даже не с мамы, которая мыла раму, и прочих бессмертных мантр. А с букв. И целый урок надо было водить пальцем по строчкам и читать буквы и слоги.

А я читаю с трёх лет. Помногу. И к первому классу уже была вполне текстозависима. Без книжки жизнь была мне не мила… И повторять слоги или даже мантру про маму мне было ой как скучно и тоскливо. Но в конце букваря обнаружились микрорассказики, и для развлечения скуки я читала их. Периодически учительница первая моя, Майя Игоревна, спрашивала меня на уроке – всё как положено. А я не следила, что именно сейчас читают: маму, мыла или раму. Дневник украшался замечанием «не следит на уроке», но иных репрессий не следовало. Пока в конце второй четверти не грянуло родительское собрание.

Мама вернулась с собрания в ярости. Она заперлась на кухне, утащив туда телефон, и стала кому-то названивать. Я подкралась к двери, чтоб узнать, что же случилось, и услышала следующее:

- И она мне говорит: я вам предлагаю забрать вашего ребенка из нашей школы! Потому что она необучаемая! Я, говорит, с ней целую четверть бьюсь, пытаюсь научить читать – она не может! Весь, весь класс уже по слогам читает, а она нет! И совершенно неуправляемая и недисциплинированная! На чтении всё картинки в букваре рассматривает! А спросишь – она глазами хлопает, смотрит исподлобья и отвечает: «Я не знаю, где надо читать!» Она учиться не хочет! И в прописях у неё грязь, и на рисовании отказалась рисовать акварелью и сказала, что рисует только простым карандашом! Вы, говорит, вообще подумайте о переводе девочки в вспомогательную школу, у неё налицо задержка умственного развития! Скорее всего, олигофрения в степени лёгкой дебильности! А в этой школе она точно учиться не сможет, какой там французский, если она и по-русски читать не может научиться! Я ей – да мой ребёнок с трёх лет читает, она уже и Джека Лондона прочитала, и Биссета, и О’Генри! А эта мне – да что вы, мамаша, мне сказки рассказываете, у вас у всех ваши дети самые лучшие, я что, не могу определить, читает ребёнок или нет? Она у вас и в Джеке Лондоне, небось, картинки рассматривает! Да не буду я её никуда переводить, мы и так её в эту школу еле пристроили! Завтра поеду в РОНО, там поговорю – что это за безобразие, за четыре месяца она не могла понять, умеет ребёнок читать или нет! Ладно, пока!

Мама хлопнула трубку на рычаги телефона и вышла из кухни. Я еле успела ретироваться на безопасное расстояние. Но это не особо помогло.

- Ты на уроке чтения что делаешь? - грозно вопросила она.
- Читаю.
- То, что спрашивают?
- Неа, - с неохотой призналась я. - Рассказы в конце букваря.
- А почему когда тебя спрашивают, ты не следишь?
- Потому что скучно. Я правда не могу сорок пять минут следить, что читают – ма-ма или ра-ма.
- Ага, тебе скучно, а Майя Игоревна убеждена, что ты и читать не умеешь! Теперь разбираться неизвестно как! Вечно всё у тебя не по-человечески! – и она снова ушла на кухню, а я к себе в комнату. К книжке.

Через неделю на уроке чтения нам, всему классу, устроили «контрольную проверку техники чтения», так это называлось. Раздали всем одинаковые книжки – что-то про партизан в Белоруссии – и по одному вызывали читать вслух, на время, и отвечать на вопросы. Перед комиссией. В комиссии сидели Майя Игоревна, другие учительницы из нашей школы, директриса и ещё какие-то две неизвестные тётеньки. Вызывали по алфавиту, вызвали и меня, я прочитала и ответила на вопросы, тётеньки что-то записали в большой разграфленный лист бумаги. После уроков, когда мама, как обычно, зашла за мной, чтоб отвезти меня домой, она отыскала в учительской Майю Игоревну и о чём-то долго говорила с ней в углу. Когда мы вышли из школы, я не выдержала.

- Мам! А что проверка? Это из-за меня она была?
- Да, из-за тебя. Я ходила к вашей директрисе, она сказала, что не видит оснований не доверять педагогу, тогда я пошла в РОНО, и там решили, что надо устроить проверку, но не тебе одной, а всему классу.
- И как я? Я нормально читала?
- Ты читала лучше всех в классе. С отрывом от всех ваших отличниц. Теперь, по крайней мере, доказано, что ты умеешь читать. Но на уроке надо следить, а не своими делами заниматься! И палочки ты пишешь криво, тут Майя Игоревна правильно ругается.

По чтению у меня всё равно всегда была «четвёрка». Майя Игоревна объясняла маме так: «Ваша девочка недостаточно хорошо отвечает на вопросы, и ей свойственна излишняя фантазия». Впрочем, я не переживала. Почему-то мне было почти наплевать на оценки в школе – разве что расстраивалась из-за маминых огорчений. Да и всё равно я училась весьма заурядно, школу не любила, и хвастаться – в смысле аттестата – мне особенно и нечем. Вот диплом – тот да, тем хоть быков пугать на корриде. Так в МГУ и учиться было интересно, не то что в школе…
Tags: в нашем хронотопе
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 40 comments