∞ (o_huallachain) wrote,

o_huallachain

*

Вместо эпиграфа:

"...реакция пятидесяти голых женщин на приход ремонтника в женское отделение бани останется в моей памяти навечно". (чтобы узнать, какова была реакция, извольте проследовать сюда).

Когда-то я ходила в баню каждую неделю. В обычную городскую, недалеко от дома. Здание из красного кирпича, чёрная труба, нещадно дымившая, красные дерматиновые диванчики в раздевалке, простыни со штампами в полотняных конвертах. В мыльном отделении - четыре душа, несколько кранов с водой, залежи шаек - круглые пластмассовые для тела и оцинкованные овальные для ног. Лавочки из какого-то странного материала, похожего на камень - прежде чем на них располагаться, их полагалось обдавать из шайки кипятком, чтобы "смыть заразу".

Баня была очень хорошая - построена вроде бы ещё в довоенные времена, с жаркой парилкой и просторная. Туда ходило много татарок из ближних старых домов, и они налаживали такой пар, что любо-дорого: с мятой, с чабрецом, с эвкалиптом. А ещё - там никто и никогда не обращал внимания, сколько времени ты в бане проводишь. В остальных московских банях в конце семидесятых ввели "сеансы" - два часа, и пожалуйте на выход. А в нашей, окраинной, банщицы были снисходительные и попустительские и никогда никого не подгоняли: паришься и парься. Бабушки из окрестных домов туда приходили как в клуб - на целый день.

Я ходила в баню в свой библиотечный день - такой день полагался всем сотрудникам ВИНИТИ, где я работала после университета; в этот день можно было не ходить на работу, а заниматься самообразованием, посещая библиотеки. А я ходила в баню, и у меня он, значит, был банный.

Баня была хоть и хорошая, но старенькая, и иногда в ней что-то ломалось. Кран переставал закрываться и начинал брызгать во все стороны кипятком или душ разбалтывался. Тогда вызывали ремонтника. Банщица заглядывала в помывочное отделение и громко объявляла: "Девочки! Мужчина идёт!", а за ней входил ремонтник - естественно, полностью одетый, иногда даже в шапке, и с ящиком инструментов.

Дальше бывало по-разному. Большинство как мылось, так и продолжало мыться, не обращая на ремонтника никакого внимания. Иногда банщица принималась бесстыдниц увещевать: "Ну прикрыли бы жопы-то свои, срам какой, расселись и намываются, ни стыда ни совести, мужчина же пришёл!", но обычно до этого не доходило. Впрочем, если молодые прекрасные девы начинали при виде ремонтника картинно визжать и не менее картинно прикрываться тазиками и прятаться, банщица тоже ворчала: "Что развизжались! Кому вы нужны! Что он, голых баб не видывал, видывал и получше вас!" Ремонтник согласно хмыкал и продолжал что-то откручивать-прикручивать и наматывать паклю. Как-то раз, когда сломался душ, одна из моющихся дам подошла к ремонтнику и стала подробно вводить его в детали неполадок, прикрыв наиболее интимную часть своего немаленького тела тазиком и бурно жестикулируя свободной рукой: "Вот оттудова не льёт, а вот оттудова льёт, и всю спину мне ошпарило!"

А однажды ремонтник зашёл в парилку, где на мягком пару нежилась в одиночестве, лёжа на лавке, нервная и впечатлительная дама. Она выскочила из парилки с заполошным визгом и сразу скрылась в раздевалке. А когда к ней приступили с успокоениями и расспросами (о, это голое дружное банное сообщество, которое всегда и чайком угостит, и спинку веником похлестать попросит, и само веником попарит в лучшем виде!) - так вот, когда к ней приступили с расспросами и успокоениями, дама поведала примерно следующее: "Лежу, греюсь. Слышу, кто-то зашёл и стал печку открывать. Хотела сказать, чтоб не поддавали пока, повернула голову, а это МУЖЧИНА! ОДЕТЫЙ! И в печке зачем-то шерудит! Меня с полка как ветром сдуло - я же в парилке одна совсем!" Банное сообщество добродушно смеялось и наливало напуганной даме чаю с травами...

А ещё у бани была снаружи хлипкая металлическая лесенка. Она вела на крышу, но проходила мимо окна в моечное отделение. Окно для пресечения нездорового интереса к моющимся обнажённым дамам было с матовыми стёклами, но была там и форточка для проветривания, и в форточку был вставлен толстый алюминиевый лист - весь в частую дырочку, для воздуха. Дырочки были размером со старую двухкопеечную монету. И к этим крошечным дыркам порой приникали глаза жадных до запретного зрелища мужиков. Чтобы дотянуться до форточки, им приходилось свешиваться с лестницы, но их это не останавливало: где ж ещё им было поглазеть на голых женщин. Времена были советские, ни тебе секса по телевизору, ни порносайтов в Интернете - только банная форточка.

Отчего-то голые дамы, равнодушно реагировавшие на ремонтника, принимались пронзительно визжать и буйствовать всякий раз, как влекомые неодолимой жаждой самцы взбирались на лесенку и припадали к дырочкам. Дамы выбегали в раздевалку, прикрываясь тазами, и взывали за помощью к банщице: "Вы ж работник бани и одетая, выйдите, прогоните их!" Кто поазартнее, мог плеснуть из шайки в форточку водой, чтобы отогнать нахалов.

Но мне навсегда запомнилась невозмутимая пожилая бабушка. Её соседка по лавочке причитала: "Какой ужас! Откуда они взялись!", а бабушка, не переставая мыться, со знанием дела пояснила ей: "Это извращенцы, называются онанисти. Своих баб у них нету, и они на нас на голых глядять, а сами свой член теберять".
Tags: в нашем хронотопе
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 47 comments