∞ (o_huallachain) wrote,

o_huallachain

  • Mood:

"Вот тебе подарочек на день рождения, моя прелесть!"

У моей матушки бывали аспиранты, и некоторые из них считали обязательным приносить подарки. Особенно этим грешили аспиранты той самой, ненавидимой некоторыми кавказской национальности. Матушка, боясь оскорбить чувства даривших, оные подарки не выбрасывала и даже не прятала подальше, как многие из них того заслуживали. Иногда, когда соответствующий даритель покидал столицу с защищённым диссером, она их передаривала случайным людям или дальним родственникам, которым что дарить - никогда не сообразишь. Было что-то вроде обменного фонда подарков. Вероятно, это нехорошо, но - такова суровая реальность.

Однажды очередной аспирант принёс ей в подарок статУю египетского ибиса или ещё какого птюча, ростом сантиметров тридцать, с длинными ногами и шеей, изготовленную из некоего ценного дерева и вывезенную из соответствующей восточной страны. Птюч отличался тем, что постоянно падал. Центр масс у него высоковато был. На время общения с аспирантом по поводу будущего диссера подарок поставили на стол, он немедленно упал и разбил чашку с кофе. Полную, естественно. На столе, естественно, была скатерть. Довольно парадная, по случаю аспиранта.

Тогда птюча поставили в шкаф типа "сервант" за стекло. Прислонив к стенке. Там он простоял с неделю. Потом на сервант прыгнула кошка, и птюч вновь отправился в падение как единственную доступную ему возможность полёта. На этот раз пострадала какая-то фарфоровая антикварность. "Бойся аспирантов, дары приносящих", сформулировал папенька.

Матушка установила птюча в широкогорлую вазу. Он торчал оттуда, как экзотический цветок, и вызывал немалое любопытство у приходивших. Когда однажды ваза потребовалась для того, чтоб на какой-то праздник воткнуть туда очередной веник цветов, птюча достали и по недальновидности не уложили плашмя, а поставили стоймя. На накрытый стол, рядом с цветами. Он упал. В соответствии с "принципом домино" уронил бутылку, которая, катясь, оставила за собой на столе жертвы и разрушения. Бабушка долго всех убеждала, что ставила на стол его не она...

После этого его убрали в дальний ящик и не доставали долго. Пока не пришло приглашение на какой-то формально-родственный юбилей к дальней, хорошо если только троюродной, тётушке. Что ей дарить, придумать не мог никто, а её сын на прямые вопросы начинал намекать на склонность тётушки к экзотике. Птюч был извлечён из заточения, протёрт полиролью для мебели до приятного сдержанного блеска и отправился на юбилейные торжества. Где был с восторгом принят, обласкан, овеян ахами-вздохами и поставлен на стол, на торжественное место, посреди кузнецовских тарелочек и маслёночек. Бедная посуда, пережившая войны и революции... Как дальше тётушка распорядилась птючом - мне неведомо. Во всяком случае, на виду он никогда не стоял.

Папенька тоже не избежал карающей мощи подарков. Ему как-то раз подарили деревянного осла с бочкой на спине. По бокам бочки висели два ведра. Мы долго изгалялись в трактовках, что бы могло символизировать сие подношение.

Наверно, даря подарки, стоит помнить о судьбе того английского чиновника, который подарил индийскому махарадже керосиновую лампу, на что советники махараджи сказали - "Это он хочет сказать, что пора тебе расстаться с мраком невежества, в котором ты пребываешь по его мнению, о махараджа!" И махараджа чиновника приказал убить. Потому что слушался своих визирей или как там эти референты назывались. Или слишком хорошо понимал намёки. А может, ему просто не понравился запах керосина.

Навеяно рассказами asahiju
Tags: в нашем хронотопе
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments